Ко дню защитника Отечества.
28 января 2018
Папы в детской онкологии
Недавно в очередной раз столкнулась с темой «папа в детской онкологии», когда обсуждали с художником собирательный образ родителя. Тема острая, многогранная и потенциально холиварная, как, собственно, вся наша жизнь. Но мне хочется ее немножко покопать.

Однажды я проводила встречу с родителями в онкоотделении. И там было два папы, которые лежали с детьми в стационаре. Я рассказала о книгах, а потом мы заговорили о чувствах и страхах. Через несколько минут мамы рыдали, что они боятся смерти ребенка. Папы непоколебимо стояли на том, что они «ничего не боятся». НИЧЕГО.

Ну, ок. Словами не получилось. И у меня оставалось примерно 15 минут на все про все. И мы стали рисовать. Рисовать страх.

Забавно, но среди мам одна как раз сразу отказалась. В итоге она рисовала усталость. А папы взяли карандаши. И на одном из рисунков я потом увидела машину-каток, которым укладывают асфальт.

Человека, который из-за своей социальной гендерной роли не мог признать наличие страха (мальчики ж не плачут), этот страх на самом деле укатывал в асфальт.

У меня этот каток встает перед глазами каждый раз, как очередной папа говорит, что ничего не боится. Мне кажется, быть папой больного ребенка адски тяжело еще и потому, что запрещено рассказывать, что тебе тяжело.

Условно 5000 пап в год узнают об онкологии у ребенка.

У меня есть несколько историй, которые про своих мужей рассказали женщины. Но женщины обычно рассказывают либо о мужьях-героях (что прекрасно, но невольно навешивает на читателя как бы обязанность соответствовать), либо очень грустные истории о мужьях-беглецах.

У меня совсем, даже близко-рядом нет квалификации обсуждать вариант «узнал и ушел». Даже онкопсихологи признают, что эта тема очень больная. Но я, кажется, могу поддержать тех, кто остается, с помощью вас же самих. Поддержать очень хочу, ведь даже у самых геройских героев где-то есть «каток».

Опыт раздела «Письма родителей» в «Книге в помощь» показал, что «серебряной пули» правильного родительского поведения не существует. Нет одного решения, как нужно развлекать ребенка в больнице, как родителю поддерживать себя, как справляться с переживаниями и так далее. Но если несколько человек рассказывают свои разные истории, дают свои разные советы, то следующие читатели обязательно найдут в этих советах что-то для себя. И им станет легче.

Мне хочется найти очень смелых пап, которые бы рассказали своими «мужскими словами» свои истории.
Что почувствовали, когда поставили диагноз? Каково это было? На что похоже? С чем можно сравнить?
Как справлялись с этими чувствами? Обдумывали, переваривали, отодвигали, заменяли действиями, разговаривали с психологом и т. д.
Для самых смелых — чего боялись? И как справлялись со страхом?
Какую роль взяли на себя в лечении? (Искали информацию, легли с ребенком в больницу, обеспечивали тыл, воспитывали других детей, организовывали сбор и т. д.) Почему именно эту роль?
Что в исполнении этих ролей давалось вам легко? А что тяжело? Что вы придумали, чтобы упростить то, что тяжело?
В чем искали поддержку? Где ее получили, где не получили?
Если вы — тот самый папа, который может себе позволить хоть что-то, хоть самую малость, рассказать о чувствах и страхах, а потом о ваших решениях и действиях — напишите мне письмо с ответами на вопросы на natalia@onkobook.ru. Сам процесс написания облегчит ваши переживания. И папам, которые в будущем прочитают ваши истории, тоже будет чуточку легче.

Если вы мама, покажите этот текст папе. Не напирайте только, ок?

P.S. Ваши истории я планирую публиковать здесь, на сайте серии и в группе на фейсбуке. Также возможно, они попадут в будущее издание «Книги в помощь. Я не буду нигде указывать реальных имен ни вас, ни членов вашей семьи, если вы этого не захотите.
Изображение с freepik.com
Made on
Tilda